Ольга Березуцкая: Подошла к Васе с вопросом: «Может, я чего-то не знаю?»

– До того, как Станислав Черчесов обнародовал заявку на чемпионат мира, было много шумихи вокруг вашего мужа и сборной России. Когда вопрос отпал, стало спокойнее?
– Разговоры на тему Васи и сборной все равно продолжались. Но морально стало полегче. Мы же в семье были заранее готовы к такому исходу.

– Как отреагировали, когда в интернете вдруг появилась новость о том, что Василий и его брат Алексей согласились сыграть за сборную?
– Шутки шутками, но, несмотря на то, что владела ситуацией, все равно дождалась, пока Вася проснется – и сразу подошла к нему с вопросом: «Я чего-то не знаю? Может, ты что-то мне не сказал?». В тот момент нервное напряжение все еще брало верх над здравым смыслом (улыбается).

– И что Василий ответил?
– Посмотрел на меня своим брутально-хладнокровным взглядом и сказал: «Ну, ты-то куда?».

– Вскоре же еще Сергей Игнашевич согласился вернуться.
– И он сейчас, на мой взгляд, лучший на поле. Очень рада, что тренер вызвал его в сборную, исходя из объективных критериев.

– За Игнашевича отдельно переживаете, как за представителя старой школы?
– Не только за него, а за всех одноклубников Васи и тех футболистов, врачей, массажистов, администраторов, кого знаю лично. Все-таки мы одна большая семья.

Вообще, именно сейчас, когда впервые за долгие годы мужа нет в составе, почувствовала себя нормальным болельщиком сборной России. Гиперэмоции отбросила в сторону. Например, товарищеские матчи смотрела спокойно, бодро, без нервных срывов от переживаний за состояние здоровья Васи.

Мне кажется, даже когда муж завершит карьеру, мы не перестанем ощущать себя частью сборной. Такое не вычеркнуть. Душой и телом мы все там, с командой.

– Вы привыкли видеть Василия на поле, а тут сборная играет, а он смотрит трансляцию рядом с вами…
– Рядом со мной муж футбол никогда не смотрит (смеется).

– Но вы же наверняка знаете, какой он зритель.
– Эмоций у него гораздо больше. Но они все внутри, как и полагается профессиональному спортсмену.